Тревожное Лето 18-Го

Тревожное Лето 18-Го

·

22 июля 1918 года. Ровно 100 лет назад Симбирск, давно ставший прифронтовым городом, после непродолжительного боя был взят войсками Комуча под командованием подполковника В.О.Каппеля и чехословацкого корпуса. События эти многократно описаны – более или менее подробно и достоверно. Характерная черта многих таких описаний – их идеологическая окраска (хорошие «красные» - плохие «белые», или наоборот), идеализация одной стороны и очернение другой.

Но есть еще одна правда. Дневники Александра Владимировича Жиркевича – свидетельство человека, который «в политике участия не принимал» и для которого «дороги были только люди» - независимо от их убеждений. Текст дневников (с сокращениями) дополнен некоторыми документами того времени.

***

В связи с восстанием чехо-словацких банд в смежной Пензенской губернии и в Сызранском уезде Симбирской губернии… город Симбирск и Симбирская губерния с 12 часов ночи 1-го июня объявляются на военном положении. В связи с этим:

Выход на улицу после 10 часов вечера безусловно воспрещается. …

Все граждане, имеющие оружие без разрешения чрезвычайной комиссии совдепа, должны сдать его в 24 часа…

Лица, у которых через 24 ч. по опубликовании сего постановления будет найдено оружие… будут расстреливаться без суда.

Грабители и хулиганы будут расстреливаться без суда.

Всякие контрреволюционные выступления будут подавляться самым беспощадным образом.

Военно-революционный штаб

1 июня 1918 г., Симбирск

***

Телеграмма уездным советам от 17.07.1918:

Симбирская губерния с 12 часов ночи 17 июня объявляется на осадном положении. Симбирский военно-революционный штаб предписывает:

1. Беспощадно бороться со всякими проявлениями контрреволюции, виновных расстреливать на месте.

2. Грабителей, хулиганов расстреливать.

Командующий войсками Симбирской группы, губвоенком К.Иванов

***

А.В.Жиркевич:

28 ИЮНЯ. По слухам, бой между чехословаками и большевиками идет в 36 верстах от Симбирска. По улицам красуются официальные объявления Советского правительства, оканчивающиеся призывом уничтожать капиталистов, генералов, буржуев… Но никто уже не боится: жаль гибнущей молодежи, а старикам все равно долго не тяготить собою землю.

30 ИЮНЯ. …Бои идут настолько близко от Симбирска, что живущие у Свияги уверяют, что будто бы слышат звуки пушечных выстрелов и разрывы снарядов. На Симбирск надвигаются новые ужасы… Спаси нас, Боже! …

***

Приказ военно-революционного совета Восточного фронта от 14 июля 1918 г.

Назначается штаб обороны Симбирска в составе: начальника обороны – чрезвычайного коменданта г.Симбирска т.Звирбуль; полит. комиссара – комиссара труда т.Иванова; командира 1-го Латышского революционного полка т.Тилле…

***

А.В.Жиркевич:

22 ИЮЛЯ. Была у нас старуха Анна Ипполитовна Филатова. Едва запахло войной под Симбирском, она, как старый кавалерийский конь, бросилась в бой, предложив свои услуги большевикам в качестве сестры милосердия. Ее не прогнали, но пока работы не дали. Конечно, она стара и больна настолько, что не может принести серьезной пользы. А все же ее предложение своих услуг ограбившим ее большевикам… мне крайне симпатично.

Я прервал мои заметки, т.к. началось сражение под Симбирском. Оно все более разгоралось. Над нашим домом стали со стоном и воем проноситься снаряды! Все мы сохраняли полное мужество и самообладание. Особенно порадовали меня девочки. Катя и Тамара, едва усилилась бомбардировка, пошли исповедаться и причаститься в Троицкую церковь, которая, к сожалению, оказалась запертой… Минуты переживались поистине трагические!

Мы видели, как по нашей улице потянулись отступающие красноармейцы в растерзанном виде, волоча на себе ружья, пулеметы, амуницию… Потом в город вошли чехословаки и фронтовики. Они стали ловить, по чьим-то указаниям, комиссаров на улицах и тут же их расстреливать. Что будет далее? Неизвестно. Но не могу примириться с пролитием человеческой крови, кому бы она не принадлежала. Пришли победители и сейчас же начали без суда расстреливать недавних владык Симбирска. И вот уже рассказывают, что старуха-мать, идя по колючему садику, в числе семерых расстрелянных красноармейцев узнала своего сына. Можно вообразить ее отчаяние!

Бедные мои девочки! В каких ужасных антихристианских условиях проходит их молодость! И как мне отрадно, что они не только хорошие христианки, но и храбрые дети, что доказали сегодня презрением к смертельной опасности. Я… гордился ими, видя, что они не растеряются в трудную минуту жизни, если бы меня и Кати не стало.

***

Приказ по Симбирскому гарнизону №8 от 23 июля 1918 г.

Комендантом г.Симбирска назначаю прапорщика… Штурзу, которому приказываю:

1. Немедленно водворить полный порядок в городе и в кратчайший срок собрать все оружие, находящееся на руках местного населения.

2. Всех не сдавших такового по обнаружении предавать военно-полевому суду…

Начальник Симбирского отряда, командир 1-го Чешско-словацкого стрелкового «Яна Гуса» полка капитан Степанов.

***

Приказ коменданта г.Симбирска №1 от 23 июля 1918 г.

1. …Я сего дня вступил в исполнение обязанностей коменданта г.Симбирска.

2. Приказываю в 2-дневный срок сдать все нарезное оружие и патроны в д.Гончарова. Не исполнивших сего приказа буду предавать военно-полевому суду, как и лиц, знавших, но не указавших о скрытом оружии.

3. Тоже строго преследовать буду всех, кто будет в городе грабить или нарушать порядок.

***

А.В.Жиркевич:

24 ИЮЛЯ. В Симбирске опять объявлена власть Временного правительства, провозглашены лозунги «Учредительное собрание», «Долой большевиков», «Война Германии», «Спасение России»…

Некоторые судейские, недавно смиренно сидевшие за прилавками магазинов случайных вещей, уже напустили на себя прежнюю важность и стали неузнаваемы. В общем, мерзко-смешная картина.

25 ИЮЛЯ. По городу кем-то пущена сплетня. Встречаю сегодня секретаря консистории Жукова. …И вдруг он огорошивает меня вопросом: «Правда ли, что вы состояли на службе у большевиков?». Когда, где… – ничего этого он, конечно, сказать не может. Говорит только, что по городу ходят слухи, будто бы найден список генералов, состоявших у большевиков на службе, в котором значусь и я… Конечно, подобная чепуха не смутит знающих меня. И я над ней посмеялся. Тем не менее, я не могу не тревожиться, приняв во внимание легкость, с которой по Симбирску распространяются сплетни.

6 АВГУСТА. Вчера Катя с Катюшей и Тамарочкой ушли в концерт. А я весь день просидел дома, с моими воспоминаниями… Такая тоска охватила меня, одинокого, глядящего на небо… Спрашивал я себя – зачем живу? Кому нужен? Вправе ли жить человек без ясной, Евангелием указанной цели в жизни?..

В городе тревожное настроение: как бы не вернулись большевики. Все ждут от них мести, до смертоубийства включительно, даже те, кто, как я, в политике участия не принимал.

9 АВГУСТА. По-видимому, известия об убийстве императора Николая II верны. Т.о., в будущем в России окажется царь-мученик, которому будут прощены его ошибки и преступления, а зачтутся те муки, позор и испытания, которые выпали на его долю после отречения от престола.

10 АВГУСТА. В Симбирске объявлено военное положение, учрежден военно-полевой суд. Будут судить и за прошлое, и за настоящее. Знаю я это упрощенное, ускоренное правосудие – знаю и содрогаюсь. Прежде душили большевики. Теперь будут душить их… А там… Точно мало делали в России кровопусканий. Удивляешься, откуда у народа хватает сил выбрасывать все новые и новые жертвы? Россия удивительно живуча…

Я все тоскую от бездеятельности. Но если бы мне сейчас предложили работу, соответствующую моим знаниям и силам, то я, наверное, предпочел свободу ничегонеделанья. Не идти же мне в военно-полевой суд, приговаривать к расстрелу красноармейцев и комиссаров.

Одна лишь чистая, святая душа притягивает меня к жизни. Это моя Катя. Если б ее не стало, я ушел бы за нею… Сколько выстрадала в жизни, и ни одной жалобы. Солнышко души моей, свет моей совести, маяк моего сердца… Моя смерть огорчила бы ее.

***

Из доклада командующего Восточным фронтом И.И.Вацетиса В.И.Ленину от 13 августа 1918 г.

«Ко времени моего приезда на фронт все наши армии… находились в процессе отступления, вызванного приказом прежнего главнокомандующего Муравьева…

С падением Симбирска в руки противника перешла Средняя Волга на участке Хвалынск-Симбирск. Противник не замедлил развить свой успех в наиболее выгодном для себя направлении, т.е. на устье Камы и далее на Казань…

После падения Симбирска чрезвычайно важный участок Буинск-Чистополь, занимающий по фронту около 150 верст, был совершенно открыт для наступления противника по обоим берегам Волги на Казань, т.к. там не было совершенно наших войск…

1-я армия после падения Симбирска большей частью разложилась настолько, что появились опасения за целость нашей железнодорожной линии Рузаевка-Казань. Свежих резервов армия не имела. …Во главе армий стояли совершенно неопытные люди…

…7 августа кризис уже миновал, т.к. лучшие силы чехословаков погибли под Казанью, оставшиеся же не были в состоянии развить успеха вверх по Волге… [о сдаче Казани, где войска Комуча и чехословаки захватили огромное количество трофеев и часть золотого запаса России]…».

***

А.В.Жиркевич:

19 АВГУСТА. Катя продала на круглую сумму свое фамильное серебро. Я тоже продал кое-что из старинных вещей. Таким образом, есть на что купить на зиму запас дров и припасов…

Сегодня я ходил в кадетский корпус предлагать себя в качестве преподавателя законоведения или словесности. Мне объявили, что есть прежние преподаватели, но посоветовали подать заявление в педагогический комитет.

23 АВГУСТА. С кладбища я прошел… к Яковлевым, застав Ивана Яковлевича в веселом настроении, а жену его – в яростном. Он был занят рассмотрением сметы на учебный год, составленной преподавателями чувашской школы… Вся эта свора вышедших из народа алчных и темных личностей (Яковлев их прозвал «милостивыми государями», конечно, в насмешку), забыв о нуждах государства…, только и мечтают, как бы обобрать.

Яковлев был отстранен от дел школы и не мог в эту вакханалию аппетитов и вожделений вмешиваться. Теперь, когда он вернулся к должности инспектора, ему вздумалось рассмотреть смету предполагаемых окладов… Учителя и воспитатели, до большевиков получавшие уже усиленное содержание, придумали способ увеличить его чуть ли не втрое. Так, регент, обучавший пению, довел свое содержание до 8100 руб. в год. …Другие учителя довели свои оклады до 7000 руб. …Священник тоже не дремлет. И все это при казенных квартирах, отоплении, освещении… Яковлеву тоже предложено придумать все, что угодно, чтобы удвоить, утроить свое состояние. Жена его была в ярости за то, что он желает пойти… против комитета школы, находя, что надо плыть по течению. Яковлев с ней не согласен. Он предвидит, что его в конце концов выжмут из школы. Но, по его словам, он всю жизнь дрожал над народной копейкой, из ничего создав все, чем сейчас владеет чувашская школа. Не может же он на краю могилы оставить без протеста попытки расхищения народного достояния? И старик начинает борьбу…

11 СЕНТЯБРЯ. Все эти дни я провел около прошлого И.Я.Яковлева, т.е. слушая его рассказы и делая при этом беглые заметки на кусках бумаги. Заметки я сейчас же, вернувшись домой, по свежей памяти привожу в систему…

…Яковлев во многом меня не понимает. Но что же из этого? Зато я его понимаю, чту, люблю со всеми его недостатками… – настолько он самобытен, оригинален, неподражаем. Любуюсь его закатом и сравниваю с ничтожеством собственных моих жизненных итогов, без зависти и злобы. В Яковлеве много детского, наивного: нет-нет, да и вылезет из него дикий, первобытный чуваш. В нем нет ни поэзии, ни понимания высокого, прекрасного. Он бродит по земле около одного и того же дела. Но зато как любит он его, какой он в нем опытный, убежденный, любящий хозяин. Когда-нибудь в литературной форме я изображу Яковлева как редкий, тоже уже отживающий тип миссионера не в рясе, а в сюртуке.

12 СЕНТЯБРЯ. Вчера все, кто мог, и кто имеет основания бояться мести большевиков, в панике бросились к пароходным пристаням и вокзалу спасаться. Говорят, что разбойники лодочники драли тысячу рублей только за то, чтобы перевезти беглецов за Волгу. Говорили, что все военные должны бежать, ввиду того, что большевики, ворвавшись в город, могут всех перестрелять. Какая-то старуха из соседнего дома предложила мне для бегства штатское платье. Но мне в мои лета было бы смешно спасаться от смерти и подло покидать семью. Тут нет даже подвига, а благоразумие. Однако как лопаются по городу снаряды! Не с аэроплана ли их бросают? Канонада то отдаляется, то приближается. Катюша с Катей и Тамарочкой в церкви, Маня дома.

Быть может, мне проломит голову пуля большевика или снаряд. Да будет воля Твоя! На всякий случай заношу в дневник мое благословение Кате и деткам, мою просьбу, чтобы они меня простили, если я в чем-либо перед ними виноват, и благодарность за любовь, которую от них видел. …Я сейчас (9 ч. утра) выходил на балкон. Видно, как рвутся около Киндяковки шрапнели. Молю Бога – хранить Катюшу и детей. А о себе и просить не смею…

Я ошибся. Большевики еще Симбирска не взяли. Отступавшая вчера армия защищает и защищается. Не все ли равно, кто, как, кого и за что убивает… Человечество движется вперед не большевиками, не чехословаками и белогвардейцами, а Л.Н.Толстым, Н.И.Ильминским, И.Я.Яковлевым.

Симбирск совершенно опустел. Вся интеллигенция, чиновничество, все, более или менее ликовавшие, когда пришли чехословаки и фронтовики, сбежали. Сбежали и те, кому, казалось, нечего опасаться. А я сижу, т.к. совесть моя чиста по отношению к большевикам. Я им не симпатизирую, но искренне жалел и жалею их молодежь, их раненых, убитых. Для меня всегда, везде, при всех положениях дороги были только люди. Быть может, со мной покончат – так, за здорово живешь. Готов ко всему. А все же мне кажется, что есть между большевиками люди с сердцем, умом, совестью. За что же им гасить жизнь, которая и без того готова погаснуть?!

13 СЕНТЯБРЯ. Вчера, при вступлении большевиков, город точно вымер. Лавки были закрыты. На многих окнах спущены шторы. Наши соседи Пузыревские куда-то бежали еще третьего дня. Вообще, спасались в панике, не рассуждая: таково было убеждение, что большевики, ворвавшись, всех перережут. Сегодня ночью едва ли кто-нибудь спал спокойно: с вечера был пущен слух, что большевики намерены устроить «варфоломеевскую ночь». Но я спал хорошо, измученный вчерашним боем в Симбирске и предшествующими днями, когда я из-за воспоминаний Яковлева целый день работал… и спал не более 5-6 часов в сутки. …Быть может, рукописи моей суждено погибнуть? Тем не менее,… следует работать и работать на «авось» - чтобы будущие поколения не упрекали нас в том, что грохот орудий и стоны умирающих сбили нас с пути к истине…

14 СЕНТЯБРЯ. Со всех сторон в нашу квартиру врываются из города эти и другие слухи. На Гончаровской разграбили магазин случайных вещей. Разграбили «толчок». Грабят квартиры, убивают. Солдаты перепились. До позднего вечера стояло огромное зарево над тем местом, где у Волги и моста пылал ряд домов…

Источники:

1. А.В.Жиркевич «Потревоженные тени… Симбирский дневник (1915-1922)», сост. Н.Г.Жиркевич-Подлесских (М., 2007).

2. «Симбирская губерния в годы Гражданской войны (май 1918-март 1919 гг.). Сборник документов», под ред. Ф.В.Герасина, т.1 (Ульяновск, 1958).

3. «Чехословацкий корпус в Поволжье. 1918-1920 годы. Документы и материалы», под ред. проф. С.Ю.Наумова, Е.И.Демидовой (Саратов, 2014).

Тревожное Лето 18-Го

Тревожное Лето 18-Го

Тревожное Лето 18-Го

Тревожное Лето 18-Го

Тревожное Лето 18-Го

Тревожное Лето 18-Го

Тревожное Лето 18-Го

Тревожное Лето 18-Го

Тревожное Лето 18-Го


Поделиться


Размер текста