Передо Мной Моя Наследная Картина:

Передо Мной Моя Наследная Картина:

·

Вот горы, подле них широкая долина,

И речка, сад, пруды, поля, дорога, лес,

И бледная лазурь отеческих небес.

(Н.М.Языков «П.В.Киреевскому»)

О детстве Николая Михайловича Языково, прошедшем в Симбирске и родовом Языковском имении, известно очень мало. Не сохранилось ни документов, ни воспоминаний. Сам поэт был скуп на упоминания о поре своих юных лет. Судить о них можно лишь по строкам его стихов, да описаниям самого общего характера.

Отчасти заполнить этот пробел пытался журналист Михаил Сергеевич Сударев в неизданной рукописи «Начало Языкова». Главы из нее публиковались в журнале «Мономах» №2 за 2003 год.

ВЕССЕЛЬ

…Третьего сына назвали Николаем. Мальчик рос живым и веселым. Белокурый, с розовым личиком, толстыми губами и большими васильковыми глазами, он стал всеобщим любимцем в доме.

Нянькой к маленькому Коле приставили Домну Кушникову, из молодых крестьянок. …Она была красива, умна, быстро освоилась в господском доме. К тому же Домна оказалась редкостной певуньей. Она не только знала многие песни, но обладала даром складывать их. Убаюкивая дитя, Домна всегда напевала колыбельные песни:

Спи, мой Вессель,

Сокол ясный,

Баюшки-баю.

Ходит месяц,

Смотрит в окна,

Ты чтоб ни гу-гу.

От песни все и пошло. Николая родные прозвали Весселем, и на многие годы это имя закрепилось за ним.

Зимние месяцы Языковы проводили в Симбирске, а на лето возвращались в родовое имение. Освободившись от домашних учителей, дети играли в бабки, купались, ловили под мельницей пескарей. А то соберутся около деда Архипа Данилыча Кузнеченкова, и слушают его рассказы, как в молодости он «ходил на турку», в Симбирске видел живого «Пугача». Как заведет Данилыч побаску об удалых разбойниках, что в огне не горят и в воде не тонут, в дрожь бросает ребятишек…

Данилыч – это короб сказок, зато садовник Яков – настоящий берендей. Дети со страстным желанием ждут позволения ехать с дядькой Яковом в лес. В лесу Яков весь преображается, ведет с лесом разговор, как с живым человеком: «Что ты, ивушка, космы в воду опустила? Аль умыться захотела? Небось, быть дождю скоро. Ишь, роса, как бисером, на траве играет»…

Крепко дружили господские ребятишки и с лакеем Лаврентием Нестеровым. …Имел Лаврентий необыкновенную способность оживлять предметы. Работая только ножом, Лаврентий вырезал из дерева всевозможные чучела самой диковинной формы, придавая им лицеприятные выражения. Его каморка… представляла собой музей деревянной скульптуры, в которой имелось все: от рогатых чертей до весов, вырезанных из одного куска дерева.

По вечерам, когда большим колоколом отобьют часы, и сторож Пахом с колотушкой уйдет за ворота, в девичьей затевается песня. Грустная, застенчивая и нежная, как тончайшее кружево, она льется из комнаты и витает в синем мареве спустившегося вечера.

Веяли ветры да по полю,

Грянули веслы да по морю,

Пролили слезы да у Анисьюшки,

Пролили слезы да у Максимовны.

Вессель, Дюк и Петр не спят. Лежат в кроватках, слушают. Голос Домны чистый, высокий, ведет задушевно протяжную мелодию…

***

Н.М.Языков родился 16 (4) марта 1803 года в семье отставного гвардии прапорщика Михаила Петровича Языкова. Время с поздней осени до весны, заполненное зваными обедами и визитами, продажей плодов хозяйства и приобретением необходимых припасов, семья проводила в Симбирске, в особняке на Спасской. Все с нетерпением ждали весеннего тепла, когда большой обоз отправлялся на лето в родовое Языково…

Основателем дворянского рода Языковых был Енгулай Язык, выехавший из Золотой Орды на службу к Дмитрию Донскому. В 1670 г. Василий Александрович Языков получил близ Симбирска около 90 десятин земли и основал с.Языково. Его правнук, Михаил Петрович, владел уже почти 20 тысячами десятин земли, считаясь одним из богатейших симбирских помещиков. Он оставил службу и продолжил устройство усадьбы, начатое его отцом Петром Васильевичем. В 1796-1810 гг. в парке, над спуском к р.Урень, возведена каменная Владимирская церковь. Одновременно продолжалось формирование парка с прудами и фонтанами, оранжереей, заложенного П.В.Языковым в 1770-х гг. В 1804 г. высажена парадная вязовая аллея. В 1810-м на пруду близ усадьбы построена «мучная мельница об одном поставе». М.П.Языков приобрел часть конного завода графа В.Г.Орлова. Его каменные корпуса за р.Урень построены позже, в середине 19 века. Новый господский дом окончательно достроен также после смерти Михаила Петровича, в 1827 году.

После смерти М.П.Языкова в 1819 г. имение перешло к его младшему сыну Николаю Михайловичу. Но он тогда жил далеко от дома и доверился хозяйственному опыту старших братьев Петра и Александра. В Языково поэт постоянно поселился в 1833 г. и жил там до отъезда на лечение в 1837-м.

Подробное описание усадьбы составлено намного позже, в конце 19 века, В.Н.Поливановым. Его очерк «Село Языково» впервые был опубликован в «Историческом вестнике» за 1896 год, а потом вошел в брошюру «К столетию Николая Михайловича Языкова (1803-1903)», изданную СГУАК в 1903 году. К тому времени вид родового гнезда поэта значительно изменился, но в целом сохранял свой облик. Другое прекрасное описание содержится в очерке «Прибежище поэзии», включенном в книгу А.Н.Блохинцева «И жизни след оставили своей…» (1985). В нем силуэты прошлого как бы проглядывают сквозь современную автору картину.

В.Н.Поливанов: «В настоящее время от сада и его густой тени оста лось очень немногое. Сохранились две-три аллеи акации, под горой несколько старых, доживающих свой век деревьев. Видны еще признаки прудов с островками и на одном следы беседки, а на другом почтенных размеров береза и ветла. Водоемы эти наполнялись свежею проточною водою из верхнего пруда, на берегу коего была оранжерея…».

А.Н.Блохинцев: «Ровная с северо-востока площадь парка начинается аллеей старых вязов, которая вела к большому двухэтажному барскому дому. От места, где стоял дом, местность резко меняется. Четыре террасных понижения следуют одно за другим, на каждом из них были партеры газонов – с фонтаном на одном, большой цветочной клумбой на другом и с небольшой площадкой на третьем. Каменные лестницы, соединявшие эти партеры, вели к большому пруду. Каждый из партеров огражден… густыми зарослями сирени.

На пруду – два острова. Один из них, небольшой, с деревянной беседкой, соединен с берегом горбатым металлическим мостиком. По берегам этого и двух других прудов растут огромные деревья с широкими и густыми кронами, нависающими над зеркальной гладью воды…

Могучие ветлы, березы, клены, вязы и тополя в соседстве с соснами, елями создают чудесный ансамбль, который удивительно красиво смотрится с верхней площадки, где находился дом поэта. Большое количество разных сортов сирени, жасмина, черемухи, рябины и акаций дополняет пейзаж и придает особое очарование этому уголку…».

Вязовая аллея завершалась каменными въездными воротами; часть парка около них посажена в начале 20 века. К западу от дома находился хозяйственный двор с постройками.

В.Н.Поливанов: «Каменная церковь круглой формы, как и соединенная с ней колокольня, окружена рядом колонн и отстоит от дома в недалеком расстоянии. Построена она, как и дом, отцом поэта, прах которого в общем семейном склепе покоится вместе с прахом жены Екатерины Александровны, урожденной Ермоловой. Место, где поставлена церковь, очень живописно и как нельзя более дополняет вид на красивую, чисто русскую барскую усадьбу. Указывают в главном иконостасе два местных образа древнего письма, пожертвованные Н.М.Языковым…».

А.Н.Блохинцев: «В восточной части парка сохранились остатки церкви. Рядом с ней находилось родовое кладбище, на котором были захоронены родители поэта и другие члены семьи Языковых. На северо-восток от бывшей церкви, на берегу пруда, стоит огромная ель с раздвоенной вершиной, по преданию она была посажена Пушкиным…».

Церковь во имя Владимирской иконы Божьей Матери построил отец поэта М.П.Языков. Иконы для нее были заказаны в Италии, позднее к ним прибавились пожертвованные Н.М.Языковым. Храм частично перестроен в 1879 году Г.Г.Пластовым, дедом художника. Церковь разрушена в 1956 году. Ее ломали, зацепив двумя бульдозерами. По рассказу очевидца «стены на кирпичи не разлетались, так целые глыбы и свезли для строительства моста» (О.Ронжина, «Слово молодежи», 09.09.1990). Разорено было и кладбище. Геодезист А.Службин рассказывал («Ульяновская правда», 13.10.1988): «В 1972 году в восточной части парка в зарослях кустов при изыскательских работах… был найден памятник из черного гранита. Он частично сохранился, и на нем была надпись: «Михаил Петрович Языков…, Петр Михайлович Языков…». …В том же году… памятник исчез. Но мы его разыскали в фундаменте одного «хозяйственного» мужичка. С помощью администрации комбината им. Калинина памятник был извлечен. А два года назад я его обнаружил, к сожалению, уже расколотым пополам…». Участок фамильного некрополя восстановлен только в 1993 году.

В.Н.Поливанов: «…Барский деревянный дом красиво господствует над окружающей местностью, и с террасы его открывается обширный вид на соседние поля и перелески. …В два этажа, он построен отцом поэта Михаилом Петровичем в форме «покоя» с коридорами и двумя просторными для служб и гостей флигелями. Со стороны сада фасад украшен семью колоннами дорического стиля и каменною лестницею. Двор обнесен решеткою с каменными столбами и параллельно постройкам обсажен вязами, образующими внутри тенистую площадку…

Из прихожей посетитель входит в обширный зал, и направо… дверь ведет в комнату, где останавливался Пушкин. …Комната эта средней величины, с одним большим окном в сад, обставлена мебелью красного дерева, черною, деревянною кроватью и в углу типичным украшением камина в форме усеченной колонны. Единственное изменение, внесенное в этот священный уголок – это обращение камина в обыкновенную печь…

Обходя другие комнаты, мы долго остановились в гостиной… Здесь обращают на себя внимание современные Языкову портреты и гравюры. В числе их есть прекрасный гравированный портрет С.С.Уварова, впоследствии графа и министра народного просвещения… Над диванами висит замечательный, старинный… портрет Франклина. Рядом с ним помещены портреты современных геологов и натуралистов. Последние составляли несомненную собственность второго владельца дома Петр Михайловича… Сохранилась целая коллекция гравюр рысистых и скаковых лошадей весьма редкого издания. Картинки эти принадлежали отцу поэта, который купил часть конного завода, принадлежавшего графу В.Г.Орлову… Немало еще в доме старинной, домашней работы мебели красного дерева… Интересный письменный стол с массой ящиков, кресла и вышитые ширмы. Все это еще дышит той стариной, которая, если и не так от нас далека, тем не менее, быстро исчезает…».

А.Н.Блохинцев: «Дом… в плане имел вид буквы «П». Его центральная часть была двухэтажной, в 9 окон по фасаду. Восточный и западный фасады имели портики с четырьмя колоннами… С боков к дому примыкали одноэтажные флигели… Это был типично барский дом, богато обставленный, с дорогой мебелью, скульптурами, картинами и богатой библиотекой поэта…».

С 1881 года усадьба принадлежала купцам Степановым – Федору Степановичу, потом его сыну Михаилу Федоровичу. Они в основном сохранили вид и обстановку дома, построив для себя другой, отремонтировали и обновили церковь, завершили формирование парка, выкопали новый пруд (Австрийский).

А.Н.Блохинцев пишет, что после революции в бывшем доме Языковых размещался детский дом. По другим свидетельствам, дом был передан Языковскому совхозу, в его комнатах хранилось зерно. Одно другого не исключает, здание большое. В Языково тогда побывал А.А.Пластов: «Художнику Пластову. Секция по делам музеев и охраны памятников искусства и старины просит Вас навести справки в конторе… с.Языково о том, какие и куда отправлены вещи из дома (мебель, вышивки и т.д.). Если есть стихи, то их желательно переписать и прислать в секцию. Зав. секцией Архангельский». Пластов хотел также зарисовать пушкинскую комнату. Но, ни мебели, ни стихов он не обнаружил: все было разграблено.

А осенью 1922 года А.А.Пластов стал свидетелем пожара, уничтожившего Языковский дом: «Я тогда возвращался из Москвы. С поезда сошел на станции Майна и пошел к себе в Прислониху. Сумерки были, а путь неблизкий… Но вот и лес миновал, и вдруг я вижу зарево в нашей стороне. Испугался тогда – думал, Прислониха горит, и наддал ходу что есть мочи. …А когда поднялся на гору – увидел, что пожар-то не у нас, а в Языкове. Вот тогда и сгорел Языковский дом…». В селе ходили слухи о поджоге дома управляющим совхоза перед ожидавшейся проверкой.

P.S. 21 марта – День поэзии.

***

Некоторые источники по теме:

Симбирский сборник 1868 года: «Николай Михайлович Языков» (с. 238-247).

«К столетию Николая Михайловича Языкова (1803-1903)», издание СГУАК, Симбирск, 1903.

А.Н.Блохинцев «И жизни след оставили своей…», Саратов, 1985: «Прибежище поэзии» (с. 92-98).

А.М.Авдонин «Под сенью языковских муз», Ульяновск, 1991.

Ж.А.Трофимов «Поэт-симбирянин Николай Языков», Ульяновск, 1998.

Ж.А.Трофимов «Родня по вдохновенью», Ульяновск, 2010.

А.П.Рассадин «Последний из Пушкинской плеяды», Ульяновск, 2002.

«Языково», по материалам М.Рябушкина, А.Сытина, «Мономах» 1996-2.

О.Бородина «Языковский парк», «Мономах» 1999-2.

Главы из неопубликованной рукописи М.С.Сударева «Начало Языкова», «Мономах» 2003-2.

Передо Мной Моя Наследная Картина:

Передо Мной Моя Наследная Картина:

Передо Мной Моя Наследная Картина:

Передо Мной Моя Наследная Картина:

Передо Мной Моя Наследная Картина:

Передо Мной Моя Наследная Картина:

Передо Мной Моя Наследная Картина:

Передо Мной Моя Наследная Картина:

Передо Мной Моя Наследная Картина:

Передо Мной Моя Наследная Картина:


Поделиться


Размер текста